Антон Павлович Чехов Рассказы. Повести. 1894-1897
– Васильевна, собирайся! – окликнул Семен.
Поехали. И опять все шагом.
– Недавнушко школу строили тут, в ихнем Нижнем Городище, – сказал Семен, оборачиваясь. – Греха-то что было!
– А что?
– Будто председатель себе в карман тысячу, и попечитель тоже тысячу, и учитель пятьсот.
– Вся-то школа стоит тысячу. Нехорошо на людей клеветать, дед. Это все вздор.
– Я не знаю… Что народ, то и я.
Но было ясно, что Семен не верил учительнице. Ей крестьяне не верили; они всегда так думали, что она получает слишком большое жалованье – двадцать один рубль в месяц (было бы довольно и пяти), и что из тех денег, которые она собирала с учеников на дрова и на сторожа, бо?льшую часть она оставляла себе. Попечитель думал так же, как все мужики, и сам кое-что наживал с дров и за свое попечительство получал с мужиков жалованье, тайно от начальства.
Лес, слава богу, кончился, и теперь до самого Вязовья будет ровное поле. И осталось уже немного: переехать реку, потом железнодорожную линию, а там и Вязовье.
– Куда же ты едешь? – спросила Марья Васильевна у Семена. – Поезжай правой дорогой, на мост.
– Чего? И тут проедем. Глыбина, не очень чтоб.
– Смотри, как бы нам лошадь не утопить.
– Чего?
– Вот и Ханов поехал на мост, – сказала Марья Васильевна, увидев далеко вправо четверку. – Это, кажется, он едет?
– О-он. Должно, не застал Баквиста. Экой дуролом, господи помилуй, туда поехал, и зачем, тут на цельных три версты ближе.
Подъехали к реке. Летом это была мелкая речушка, которую легко переходили вброд и которая обыкновенно пересыхала к августу, теперь же, после половодья, это была река саженей в шесть ширины, быстрая, мутная, холодная; на берегу и у самой воды видны были свежие колеи – значит, здесь проезжали.
– Вперед! – крикнул Семен сердито и с тревогой, сильно дергая за вожжи и взмахивая локтями, как птица крыльями. – Вперед!
Лошадь вошла в воду по брюхо и остановилась, но тотчас же опять пошла, напрягая силы, и Марья Васильевна почувствовала в ногах резкий холод.
0uqkjdy
ВТБ ждет от Шалвы Чигиринского “Пассажа”. Югоосетинская оппозиция требует восстановить законность на парламентских выборах. Первым финалистом турнира стала сборная США. Войска перебрасываются из Ирака в Афганистан. В Поти за забором миротворцы не сидят. Погоны и лампасы для Геннадия Онищенко.
Не надо зарабатывать на Чернобыле. «Зенит» забивал и руками, и ногами. Продажи дорогих марок растут на фоне общего падения. В ИТАР-ТАСС прошла первая пресс-конференция министра Александра Авдеева. Уго Чавес снова посетит Россию. Будем ли мы мыть полы китайцам? Тандем президента и премьера ждут серьезные испытания. Почему голливудские сценаристы вышли на баррикады. Эстония заключила Евросоюз против России. НАТО добивается от Москвы нефти и “калашниковых”. Националисты организовали новый политический клуб. Ценам на жилье запретили падать. Роман Павлюченко: Поляки подумали, что я инвалид. Юрий Чайка и Александр Бастрыкин обменялись наградами. Помимо них задержали монтажера и милиционера. В союзе журналистов обнаружена вольная деловая жилка. Вместо тюрьмы - космический браслет. Есть такая должность — Путин. МИД РФ направил Великобритании ноту протеста. Второй ливанской войне исполнился год. Борис Корчевников: “У Шнура научился только хорошему”.